Внешняя политика Европейского Союза (ЕС) претерпела существенные изменения за последние несколько лет. В 2021 году ЕС объявил о запуске Global Gateway, новой Европейской стратегии по развитию умных, чистых и безопасных связей в цифровом, энергетическом и транспортном секторах, а также по укреплению систем здравоохранения, образования и исследований во всем мире. В период с 2021 по 2027 год ЕС мобилизует до €300 миллиардов инвестиций. Союз ожидает, что реализация программы позволит партнерам ЕС развивать свои общества и экономику, а также создаст возможности для частного сектора государств-членов ЕС для инвестирования и сохранения конкурентоспособности (Европейская комиссия, 2023a). ЕС утвердил 40 инвестиционных программ в странах Африки к югу от Сахары, Латинской Америке и Азиатско-Тихоокеанском регионе. Стоит отметить, что участие Союза в строительстве гидроэлектростанции стоимостью €5 миллиардов в Таджикистане представляет большой интерес для Центральной Азии. Многие эксперты по-прежнему скептически относятся к Global Gateway, называя его «старым вином в новых бутылках» или «косметикой, которая улучшает самочувствие Европейского Союза» (Барберо, 2023). Однако Стратегия может послужить хорошей отправной точкой для повышения глобальной конкурентоспособности ЕС и увеличения геополитического значения.
Война на Украине привела к существенным изменениям во внешней политике Европейского Союза и положила начало новой эре. Союз ввел жесткие санкции в отношении российской экономики, в том числе чувствительного энергетического сектора. Кроме того, он оказывает Украине финансовую, военную и гуманитарную помощь. В то же время политики ЕС переосмыслили роль Союза в глобальной политике, которая была определена как «рождение геополитической Европы» (Лене, 2022). Пересмотр внешнеполитических приоритетов затронет всех партнеров ЕС, в частности отношений с Китаем, которые ухудшились до нынешнего геополитического кризиса.
В декабре 2020 года ЕС и Китай завершили переговоры о Всеобъемлющем соглашении об инвестициях. Быстрорастущий рынок Китая с 1,4 миллиардами потребителей, гораздо менее открытый для иностранных инвестиций, чем рынок ЕС, представляет большой интерес для европейских компаний. Соглашение содержит обязательства по доступу на рынок и регулирует вопросы государственных предприятий, субсидий и принудительной передачи технологий. В нем также содержатся обязательства Китая по ратификации основных конвенций Международной организации труда об упразднении принудительного труда (Европейская комиссия, 2023b).
Однако в мае 2021 года Европарламент проголосовал за приостановку ратификации соглашения из-за политической напряженности, вызванной двусторонними санкциями после политики Китая в Синьцзяне. Несмотря на усилия Китая, возобновление сделки кажется маловероятным, поскольку европейские политики выражают озабоченность по поводу ее реализации (МакЭлви, 2023).
Транснациональные корпорации играют ключевую роль в двусторонних отношениях между ЕС и Китаем. Однако рост местных брендов Китая влияет на их позиции на рынке. Например, китайские компании, такие как Chery и BYD, быстро расширяются, что приводит к сокращению продаж Volkswagen и General Motors. Тем не менее, производители автомобилей премиум-класса, такие как BMW и Mercedes-Benz, демонстрируют уверенный рост на китайском рынке. Таким образом, западные корпорации следуют трем направлениям, включая сокращение инвестиций, отделение или повышение собственной конкурентоспособности за счет значительных инвестиций. Немецкие компании идут по третьему пути. Например, Siemens переносит значительную часть исследований и разработок в Китай, а Volkswagen инвестирует €2,4 миллиарда в создание совместного предприятия по автономному вождению с китайской фирмой Horizon Robotics (Economist, 2022).
Несмотря на растущую напряженность и призывы ЕС к снижению зависимости от одной страны, европейские компании увеличили свои инвестиции в Китай. Стоит отметить, что эти инвестиции исходили не от новых фирм. В период с января по июнь 2022 года прямые иностранные инвестиции ЕС в Китай составили €5,5 миллиардов, увеличившись на 15% по сравнению с тем же периодом прошлого года. Оценки показывают, что «10 крупнейших европейских инвесторов в Китае в каждый из последних четырех лет составляли в среднем почти 80% от общего объема прямых европейских инвестиций в страну». Несмотря на то, что Берлин рассматривает различные меры по снижению зависимости страны от Пекина, Германия остается ключевым инвестором в Китае. Доля немецких фирм за последние четыре года составила 43% от общего объема. Доля четырех немецких компаний (Volkswagen, BMW, Mercedes-Benz Group и BASF) составила 34% всех европейских ПИИ в Китай в стоимостном выражении с 2018 по 2021 год (Домингес, 2022). В 2022 году инвестиции ЕС в Китай выросли на рекордные 92,2% по сравнению с прошлым годом, а инвестиции из Германии выросли почти на 53%. Несмотря на призывы к снижению зависимости, особенно в Германии, канцлер страны Олаф Шольц посетил Китай в начале ноября, чтобы восстановить связи между двумя державами (Хульд, 2023).
Почему политика Германии в отношении Китая остается позитивной? На следующем рисунке 1 показаны двусторонние торговые потоки между ЕС и Китаем, а на рисунке 2 показаны основные торговые партнеры Китая из ЕС. Данные показывают, что экспорт ЕС в Китай увеличился с $31 миллиарда в 2002 году до $259 миллиардов в 2021 году. За тот же период импорт ЕС из Китая вырос с $73 миллиардов до $606 миллиардов. Таким образом, Китай имеет значительное положительное сальдо торгового баланса с ЕС.
Рисунок 1. Торговля ЕС с Китаем, миллиарды $
Источник: Составлено автором на основе данных Центра международной торговли (2023).
Рисунок 2. Торговля Китая с отдельными странами ЕС, 2021 год, миллиарды $
Источник: Составлено автором на основе данных Центра международной торговли (2023).
Например, в 2021 году экспорт Китая в Нидерланды составил $102 миллиарда, а его импорт – всего $14 миллиардов. Однако ситуация с Германией остается иной, поскольку экспорт страны в Китай превышает ее импорт. Это одна из ключевых причин, по которой немецкие компании продолжают инвестировать и продвигать сделки с Китаем.
Несмотря на эти двусторонние связи, есть свидетельства того, что бизнес ЕС в Китае начал процесс диверсификации. Одним из направлений диверсификации является страны Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН). В 2021 году инвестиции ЕС в АСЕАН составили $26,5 миллиардов, а в 2020 и 2019 годах показатель соответственно составил $18,5 миллиардов и $6,1 миллиардов. Более того, в рамках стратегии ЕС Global Gateway европейские политики обязались инвестировать в регион €10 миллиардов. Европейские компании, такие как LEGO Group и Harvest Waste, начали свой бизнес в АСЕАН (Хатт, 2023). Одним из факторов передислокации компаний из ЕС является рост стоимости рабочей силы в Китае. Оценки показывают, что в период с 2013 по 2022 год заработная плата на производстве в Китае удвоилась, в среднем до $8,27 в час, что в 3-4 раза выше, чем в других азиатских странах, особенно в странах АСЕАН. Например, количество японских компаний, работающих в Китае, сократилось до 12700 в 2022 году с 13600 в 2020 году. Китайско-американское технологическое разъединение также повлияло на решения корпораций о переносе своего бизнеса из Китая в другие страны Азии (Economist, 2023).
Китай, в свою очередь, рассматривает свои отношения с ЕС как часть своего геополитического соперничества с США и преследует три цели в отношении Союза. В частности, Пекин хочет ограничить поддержку ЕС инициатив США по сдерживанию Китая. В то же время Китай пытается сохранить доступ к технологиям и рынку ЕС, пока он проникает на рынки Глобального Юга. Посол Китая в ЕС Фу Цун предложил продолжить работу над Инвестиционным соглашением между ЕС и Китаем, отменив взаимные санкции и исключив из двусторонней повестки вопрос о войне в Украине. Эксперты называют политику Китая в отношении ЕС «стратегическим торможением», призывая Брюссель разработать новую повестку со стратегической ясностью и поставить перед собой более активные цели, помимо снижения рисков (Стек, 2023).
Государства ЕС заявляют о необходимости снижения зависимости от китайских инвестиций. ПИИ Китая в ЕС-27 и Великобританию увеличились с €7,9 миллиардов в 2020 году до €10,6 миллиардов в 2021 году. Эта сумма инвестиций стала вторым самым низким годовым показателем (выше только 2020 года) для инвестиций Китая в Европе с 2013 года. Китай в основном инвестирует в Нидерланды, Германию и Францию. Важно отметить, что в 2021 году китайские венчурные инвестиции в Европу выросли более чем вдвое и достигли рекордного уровня в €1,2 миллиарда (Институт китайских исследований Меркатора, 2022). Правящая коалиция в Германии разрешила китайскому государственному судоходному гиганту COSCO купить долю менее 25% в порту Гамбурга. Изначально COSCO планировала приобрести 35% контейнерного терминала Теллерорт. Немецкие официальные лица объяснили это наличием угрозы для национальной безопасности. Чтобы проверить риски для национальной безопасности, ЕС ввел механизмы, которые замедлили китайские ПИИ. Стоит отметить, что 40% из 650 китайских инвестиций в Европе в период с 2010 по 2020 год были связаны с высоким или умеренным участием государственных или контролируемых государством компаний (Харпер, 2022).
Таким образом, Европейская политика в отношении китайских мер касательно Синьцзяна и Гонконга и других вопросов, связанных с правами человека, ухудшила двусторонние отношения. ЕС также критикует позицию Китая в отношении войны на Украине. Несмотря на наличие этих противоречий, экономические связи между Брюсселем и Пекином остаются крепкими. Важно отметить, что в то время как политики ЕС обеспокоены правами человека, европейские компании менее заинтересованы в таких вопросах, продолжая свой бизнес в Китае. Это усложняет политику ЕС в отношении Китая, поскольку частный сектор игнорирует политику ЕС. Стоит отметить, что единой Европы тоже нет, поскольку у членов ЕС разные отношения с Китаем на страновом уровне. Однако некоторые компании ЕС начали процессы передислокации и организовали свой бизнес в АСЕАН.
Следовательно, чтобы противостоять такому сопернику, как Китай, ЕС необходимо повысить свою конкурентоспособность, согласовать цели политиков и частного сектора и скорректировать свои глобальные инициативы и стратегии, чтобы сделать их более привлекательными.
Источники
Барберо, Микеле (2023). Европа пытается (и терпит неудачу) победить Китай в игре развития. Доступно по адресу https://foreignpolicy.com/2023/01/10/europe-china-eu-global-gateway-bri-economic-development/. Дата обращения 01.03.2023.
Домингес, Габриэль (2022). Даже когда Китай теряет свой блеск, европейские компании продолжают инвестировать. Доступно по адресу https://www.japantimes.co.jp/news/2022/09/15/business/china-europe-investment/. Дата обращения 10.03.2023.
Европейская комиссия (2023a). Global Gateway. Доступно по адресу https://commission.europa.eu/strategy-and-policy/priorities-2019-2024/stronger-europe-world/global-gateway_en. Дата обращения 10.03.2023.
Европейская комиссия (2023b). Объяснение соглашения между ЕС и Китаем. Доступно по адресу https://policy.trade.ec.europa.eu/eu-trade-relationships-country-and-region/countries-and-regions/china/eu-china-agreement/agreement-explained_en. Дата обращения 14.03.2023.
Институт китайских исследований Меркатора (2022). Китайские ПИИ в Европе: обновление 2021 года. Доступно по адресу https://merics.org/en/report/chinese-fdi-europe-2021-update. Дата обращения 01.03.2023.
Лене, Стефан (2022). Создание внешней политики ЕС в соответствие с геополитическим миром. Доступно по адресу https://carnegieeurope.eu/2022/04/14/making-eu-foreign-policy-fit-for-geopolicy-world-pub-86886. Дата обращения 14.04.2022.
МакЭлви, Лили (2023). Несмотря на наступление Пекина, инвестиционное соглашение между ЕС и Китаем не возвращается. Доступно по адресу https://www.csis.org/analysis/despite-beijings-charm-offensive-eu-china-investment-agreement-not-coming-back. Дата обращения 01.03.2023.
Стек, Гжегож (2023). Политика Китая в отношении ЕС и искусство стратегического торможения. Доступно по адресу https://www.politico.eu/article/china-eu-policy-strategic-stalling/. Дата обращения 10.03.2023.
Харпер, Джо (2022). Примет ли ЕС меры по сдерживанию китайских инвестиций? Доступно по адресу https://www.dw.com/en/china-fears-eu-foreign-investment-strategy-at-a-crossroads/a-63546979. Дата обращения 01.03.2023.
Хатт, Дэвид (2023). Европейские инвесторы холодно относятся к Китаю. Доступно по адресу https://www.dw.com/en/european-investors-give-china-the-cold-shoulder/a-64270954. Дата обращения 03.04.2023.
Хульд, Аренсде (2023). Перспективы европейских компаний в Китае в 2023 году. Доступно по адресу https://www.china-briefing.com/news/european-investment-in-china-prospects-for-2023/. Дата обращения 07.03.2023.
Центр международной торговли (2023). Торговая карта. Торговая статистика для развития международного бизнеса. Доступно по адресу https://www.trademap.org/Index.aspx?nvpm=1%7c%7c%7c%7c%7c%7c%7c%7c%7c%7c%7c%7c%7c%7c%7c% 7с%7с. Дата обращения: 07.03.2023.
Economist (2022). Транснациональным компаниям трудно отказаться от Китая. Доступно по адресу https://www.economist.com/business/2022/11/24/multinational-firms-are-finding-it-hard-to-let-go-of-china. Дата обращения 14.03.2023.
Economist (2023). Растущие альтернативы для «сделано в Китае». Доступно по адресу https://www.afr.com/world/asia/the-growing-alternatives-to-made-in-china-20230302-p5coyz. Дата обращения 14.03.2023.
Примечание. Мнения, выраженные в этом блоге, принадлежат автору и необязательно отражают редакционную политику Института.